- Смотри, смотри, идёт!

Проза

Пашка толкнул Славика локтем в бок и припал к окну, едва не расплющив толстый нос о стекло. Славик выглянул из-за шторины и замер от удивления.

По крыше соседнего дома шёл пухлый человек в полосатой пижаме и домашних тапочках в клеточку. Его хорошо было видно. Дома в старом районе стояли так близко, что местами их крыши почти соприкасались, а в окно можно было разглядеть, чем занимаются соседи по вечерам.

- Я ж тебе говорил! – торжествовал Пашка. – А ты не верил!
- И что, он так каждую ночь ходит? 
- Не каждую. Когда луна светит.

Луна в эту ночь старалась особенно, обрисовывая серебром малейшие детали ночного пейзажа. А вокруг неё на тёмном бархате небосвода, как начищенные пуговицы на мундире, сияли звезды. 

Человек в пижаме двигался неторопливо, осторожно ступая по парапету, словно боялся кого-то раздавить ненароком и, прежде чем сделать шаг, ждал, когда эти «кто-то» разбегутся в разные стороны. Его глаза были закрыты, руки вытянуты вперёд.

- А как он видит, куда идти? – удивился Славик.
- Шут его знает, - отозвался Пашка, подтягивая тощие ноги и устраиваясь на подоконнике поудобнее. 
- А он не упадёт? – забеспокоился Славик, и по его спине пробежал холодок.
- А вот это самое интересное! – ухмыльнулся Пашка. – Давай на спор – упадёт или нет, а? – и он протянул приятелю раскрытую ладонь.
- Разве можно на это спорить? – опешил Славик.
- А что такого? Это даже смешно. Он такой толстый, а идёт по самому краю и не падает. Ой, смотри!

Мальчишки снова прижались к стеклу. Фигура в полосатой пижаме опасно накренилась, огибая выступающее слуховое окно. Не дыша, приятели наблюдали, как клетчатый тапочек завис над пропастью на высоте пятиэтажного дома, сделал дугу в воздухе и снова приземлился на парапет. Лунатик продолжал свой путь.

- Фух! - шумно выдохнул Пашка. – Жалко, не успели поспорить. Так бы уже денежка была в кармане. Ты, кстати, на что ставишь: на «упадёт» или на «не упадёт»? – он пихнул молчащего приятеля в бок.

Славик посмотрел на своего школьного друга. В лунном свете его оттопыренные уши торчали как-то особенно криво, а бугристая родинка на шее с торчащими из неё волосками казалась мерзким насекомым, замершим в ожидании.

- Не буду я с тобой спорить, - сказал Славик и отвернулся к окну.
- Ну, и ладно! 

Пашка обиделся, спрыгнул с подоконника и плюхнулся на раскладушку. Он долго ворочался, скрипя пружинами, и бубнил в темноте:

– Ну, и не надо! Не хочешь, как хочешь! Надо было Борьку Барановского на ночёвку позвать. Зря только твою маму уговаривал.

Славик не слушал. Он вовсе глаза смотрел, как лунатик встал на угол и занёс ногу над бездной, явно собираясь переступить на крышу соседнего дома. «Он же не достанет! – ахнул Славик про себя. – Далеко!».

И тут в пустоте между кирпичными стенами заструился лунный свет и, быстро сплетаясь в тоненькие паутинки, превратился в натянутый канат между двумя крышами. Осторожно нащупав тапочкой дорогу, лунатик, ступил на мерцающую серебряную струну, и сделал ещё шаг вперёд. Струна прогнулась под его тяжестью. 

«Порвётся!» - испугался Славик.

Дальше случилось совершенно невероятное. Пухлый человек в пижаме медленно развёл руки в стороны, ловя равновесие, замер на миг и стал сгибать ноги в коленях, раскачивая лунный канат всё сильнее.

И когда тот в очередной раз спружинил, толстячок вдруг подпрыгнул, сделал сальто-мортале и ловко опустился обратно. Было совершенно непонятно, как он при этом умудрился не потерять тапочки. 

Славка, открыв рот, замер в квадрате окна. Смеющаяся луна серебрила его тонкие вихры.

Лунатик повернул к мальчишке круглое лицо, открыл глаза, подмигнул и, отсалютовав ему ладонью, проложил свой неспешный путь по ночным крышам.

Комментарии

Оставить комментарий